barikripke (barikripke) wrote,
barikripke
barikripke

дневники в лесу, 20 серия

Экспериментальный проект
автор: Ник Трейси


20 серия. (23 апреля день, вечер) Курсис Эпиктус

Я, конечно, знал, что Бизон убит и нам бояться его больше нет резона, но белый плывущий туман, что обволакивал нас невесомым покрывалом, таил в себе пугающую неизвестность. Мне было не по себе ещё и от того, что вел нас к цели не друг, а частичка демона, которого мы убили самым варварским способом.
Я уже давно забыл о том, что такое холод. Голый по пояс, в засохших пятнах грязи и крови я был поглощен только тем, чтобы выбраться из этих злачных мест. Мой подручный, рваная одежда которого делала его только страшнее, двигался бодро, но осторожно. Микола старался сохранять расстояние вытянутой руки до плывущего кровавого сердце-головастика. Любая заминка с его стороны могла дать возможность ускользнуть нашему проводнику. В то же время движения Миколы были до крайности аккуратными, и каждый новый взмах копья-посоха он старался делать так, чтобы минимально возмутить здешнюю таинственную среду. Я признаться едва поспевал за нашим отрядом. Мои ноги в дырявых кедах постоянно соскальзывали и стремительно погружались в податливое дно разлагающейся органики.
Вот Микола слышит всплеск позади себя и строго цыкает:
- Да не шуми ты так. Всякую тварь ведь разбудишь.
- Какую тварь ? – говорю, а сам опять равновесие теряю и посох-копье мое плашмя на воду падает.
- Ты погодь немного – невозмутимо отвечает Микола, продолжая идти голову не оборачивая – Сам скоро увидишь.
- Хорошо нагнетать, слышь ты – говорю, но теперь уже ровнее иду. Нагнал-таки подлец страху.
Шли мы так долго, молча в основном. Говорить не хотелось потому, что голоса в таком молоке сразу в призраков превращаются. Я старался больше не шуметь, но выходило это у меня через раз. Мимо нас из тумана то там, то здесь проглядывали плоские островки с темными корягами и колючими кустами. На островки мы не забирались, пока силы позволяли идти вперед.
Мы не знали времени, но где-то через час вышли к странному месту. Туман перед нами расступился метров на семь-восемь и вода вроде как чуть почище стала. Я смотрю и вижу слева листок плоский с цветком белым и Миколе на него показываю. А он вдруг берет и резко нашего проводника за хвост хватает. Затем поворачивается ко мне. Лицо серьезное у него. В руке сердце на хвосте болтается и продолжает судорожно биться, а капли крови в болота падают.
Кап-кап. Кап-кап.
Я ему:
- Чего? – говорю.
А он мне:
- Тсс!
Да я и так вроде не шумел. Ну ладно, слушаем. И точно, слышу я, по воде треск такой идет на высокой ноте, почти незаметно.
- Это Курсис Эпиктус – говорит Микола шёпотом - Открой сумку, дальше сами пойдем.
Микола закинул сердце в рюкзак, а я его плотно после на молнию закрыл, чтобы проводник наш не сбежал.
- Что за Курсис? – спрашиваю погодя.
А Микола уж из воды копье вытащил и над собой занёс, как индеец с амазонских лесов. И стоит такой в молочный туман глядит, что-то там выглядывает.
А я чего, хуже? Тоже так же с копьем встал. Стоим, как два индейца и треск этот проклятый никак не кончается.
- Так чо за Курсис? – повторяю шёпотом.
- Цветок гадский.
- Цветок?
- Да, цветок.
- И чо теперь? – говорю.
- Ничо – говорит Микола – Если пройдем, значит выживем. Не пройдем, так…
- Так что? – спрашиваю, а сам уж вспотел весь.
- Так помрем – говорит Микола и нос локтем отирает.
Пошли мы дальше без сердца. Микола шаг делает и по сторонам головой медленно вертит. Я его маневр повторяю. Копья у нас над головами занесены, чтобы метнуть во врага болотного. Да только какой он я не знаю, а спрашивать чего-то и не хочется вовсе.
Через пять шагов по левую сторону разглядел я в тумане растение чудное с высоким толстым стеблем, который кверху изгибался, как фонарь уличный и свисал над водой круглым колючим шаром светло-зеленого цвета. Как потом я узнал, это то и был Курсис Эпиктус. Шар, похожий на морского ежа размерами и формой, немного пульсировал, словно внутри сидело что-то живое. Вскоре этих висячих шаров стало больше, а потом они были уже повсюду, но перед нами вода оставалась относительно свободной для прохода. Мы не знали, откуда ждать опасности, а потому двигались медленно, постоянно оборачиваясь туда-сюда.
Вдруг Микола остановился.
- Стой! – резко так говорит и смотрит в одну точку.
Я встал и смотрю, куда и он. А он смотрел на колючий шар, из низа которого стекала какая-то желтая гадость, похожая на гной.
- Чего это? – тихо так, с замиранием спрашиваю.
- Сейчас появится – говорит Микола и копье сильнее все сжимает – Будь на чеку!
Куда уж больше на чеку то быть? Я на таких нервах, что крокодила бы убил одним ударом.
Вскоре колючий шар надулся еще сильнее, по нему пошла судорога и наружу исторглось нечто розовато-желтое. Этот сгусток плоти по форме был похож на огромный вареник, такой же полукруглый и толстый с одной стороны. Штука эта не утонула, а лежала на поверхности воды, источая гнойную жидкость. Я нацелился копьем в этот зародыш и занес копье дальше за спину. Но кидать копье ни я ни Микола не решались. Расстояние было слишком велико, а мы, положа руку, на сердце не родились амазонскими индейцами.
Настоящий страх я испытал тогда, когда у этого отвратительно розового вареника на макушке открылись слипшиеся круглые глаза, а потом приоткрылась и вся пасть. А пасть у этой твари была во все туловище. Я видел, что в этой пасти очень много мелких острых зубов.
Розовая тварь моргнула и вдруг стремительно, словно под ней был мотор, двинулась к нам. Задолго до контакта Микола прицельно обрушил копье в зубастого младенца. Он продырявил его насквозь и в болотную водицу вытекла черная кровь. Этот вареник засел на копье так, что Миколе пришлось махнуть им в сторону, чтобы тот слетел прочь.
- Чуть не попались – вздыхаю я с облегчением.
- Сзади – говорит мне Микола.
И только я успел повернуться, как вижу на меня летит разверзнутая пасть новорожденного поганца. Я только-только успеваю копье выставить и оно аккурат в глотку неприятелю входит. У меня от неожиданности сердце чуть в горло не выпрыгнуло. И стаю я такой ошарашенный, а меня черной кляксой из внутренностей убитого обдает. Да, думаю, еще б немного…
А потом и думать времени совсем не осталось. Шары то эти, курсис которые, один за другим выплевывать стали своих зубастых пострелят. Вода вкруг нас вся волнами пошла от этих гнойных рождений. Какие-то из них в заросли сразу уплывать стали, а другие на нас пошли. Микола трех штук за несколько секунд заколол, да и еще мне помог. Хорошо хоть копье в них входит, как в тесто хорошо проваренное. И лопаются они на острие, что гнойники надутые на теле.
Прижались мы с Миколой спина к спине и кружимся по кругу то в одну сторону, то в другую. То по часовой стрелке, то против. Я прикончил штук десять наверное, а на одиннадцатого промахнулся . Впился в меня вареник зубастый, прямо в плечо голое. Кровь как из под его зубов заструится, а меня обожгло всего от боли то.
Кричу я, как бешенный, и свободной рукой за гада вцепляюсь. А Микола ноль внимания, он своими тварями занят. Кое-как удалось содрать заразу эту, но пока сдирал я его, другие два в бока вцепились. Все, думаю, кончита мне. Спойте песню на похоронах. Материться стал, бога в речь вмешивая. И медленно покрываюсь тварями и чувствую, как плоть на мне рвется… А потом слышу, как Микола орет мне во всю глотку:
- Воздуха больше возьми!
Я не спорил уж, просто вдохнул. И Микола меня топить стал. А сам вместе со мной топиться. С головой мы оба в воду ушли. Не прошло и трех секунд, как расцепились челюсти тварей этих зубастых. Оказалось, что не могут они под водой долго находиться.
Выныриваю я освобожденный, а Микола чуть раньше вынырнул и снова гаденышей мертвит пикой самодельной. Вокруг треск такой лютый стоит от ропота возбужденных врагов наших. И не слышно за этой трескотней даже голоса своего.
- Надо уходить!- кричу я Миколе и заодно вареника пронырливого дырявлю.
- Согласен! – кричит мне Микола – Нырками пойдем! По проходу!
- Угу – говорю и тут же снова в воду ныряю. Только теперь плыву я, как дельфин заморский.
С копьем правда плоховато плыть то, да и отпускать не хочется.
Выныриваю снова, назад оборачиваюсь. Нет Миколы. Только рой этих розово-гнойных вареников по воде шлепает. Друг дружку они жрать стали, без нас то.
- Микола! – кричу.
А Микола выныривает где-то уже далеко впереди меня. Вот чертяка, думаю. И снова под воду ухожу.
Так, нырками мы ушли далеко от зловещих цветков. Туман еще больше отступил.
- Стой – говорю Миколе после – Нет их больше кажись.
Микола на меня смотрит и глаза у него на лоб лезут.
- Чего? – говорю, а сам тоже на себя смотреть стал.
- Вот бля! – кричу, поскольку похож я не на человека теперь, а на живую наживку для ловли белой акулы. Ну, знаете, когда живую свинью во многих местах надрезают и за борт кидают, чтобы акула запах почуяла.
Сочусь, я короче кровью, что девственница в брачную ночь.
- Пузырек еще при тебе? – Микола спрашивает.
Я полез в рюкзак. На месте пузырек с хаминой кровью, а бутылочку то хвост сердечный обвил.
- Давай сюда – говорит Микола.
Затем пробку убирает, на ладонь себе чутка льет зелья страшного. А потом на раны мои брызгает, словно шаман какой.
И тут я, как заору! Боль такая, что мне будто клеймо в двадцати местах сразу выжигают. Зашипели мои раны, запузырились и стянулись. Да так, что шрамов даже не осталось.
Вылечился я короче физически, да вот только твари те пред глазами до сих пор стоят.
Ну ладно, дальше идти надо. Копья мы умудрились не потерять, потому они снова нам посохами стали. И сердце хвостатое Микола вновь по воде пустил. И поплыл волнистыми зигзагами наш головастик в дальние воды, нас за собой увлекая.
Неба мы так и не видели. Туман над нами не уходил, а вот спереди расступался потихоньку. Шли мы так еще час или два, а потом бревно толстое приметили. Оно у островка прибилось и лежит на воде, не шелохнется.
Мы с Миколой враз смекнули, что на бревне то нам сподручней будет дальше идти. Сердце за хвост снова вытащили, бревно оседлали и копья-посохи нам в помощь от дна отталкиваться. Одна только «но» было. Сердце как по воде пускать в такой рокировке? Пришлось Миколе нить на рубахе распускать. Он с рукава стянул порядочно. Один конец к хвосту крысиному привязал, а другой к сучку на бревне.
Так мы смогли за сердцем плыть, не опасаясь его потерять. Микола спереди сел, я позади. Ноги в воде выше колен, зато идти не надо. Оттолкнулся копьем от дна и бревно вперед идет. Плыли мы таким удобным способом до самых сумерек. Иногда поворачивая за один остров, иногда за другой. А потом сердце-головастик перестало плыть и вокруг стало тихо-тихо.
Tags: Ник Трейси
Subscribe

  • Полуночная месса

    Шедевральное творение Майка Флэнегана, мастера постановок мистических ужастиков. На небольшом американском острове в тридцати милях от материка живет…

  • Злое

    Свежий ужастик от Джеймса Вана. Ну, скажем сразу, необычно для автора. Это собственно не ужастик в классическом понимании. Скорее детективный триллер…

  • Толмен. Первый демон и Заклятие-3. По воле дьявола

    В прошлый уикенд удалось сходить на два неплохих ужастика. Ну, если с Заклятием было примерно ясно чего ждать, то хочу особо выделить Толмена.…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments