barikripke (barikripke) wrote,
barikripke
barikripke

Categories:

Обещание ( Ник Трейси, рассказ)

Обещание

Ник Трейси


             Шибоко запрещает умирать намеренно, но у тех, кто собрался шагнуть в вечность остается шанс сделать это раньше времени. Я всегда противился религии, но пророк никогда не ошибался в предсказаниях. Ты можешь верить ему, или нет, но с фактами не поспоришь. Тысячи изуродованных душ самоубийц вернулись с того света, чтобы терпеть наказания в грязных мегаполисах новой эры. Они работают полотерами во второсортных забегаловках или подтирают задницы старикам в хоспесе. Это их потолок. Их больше никуда не возьмут. Они навечно прокляты. Шибоко определяет судьбу. Он наш пророк и от этого никуда не деться.

              Так что там с моим шансом. Да, у каждогочеловека в нашем мире живет свой Ну. Проводник в мир мертвых. Поймаешь свою Ну и считай билет на тот свет у тебя в кармане. Он это она. Многие люди называют их ведьмами, но ничего общего с христианским фольклором у них нет. Ну никому не присягают, никого не заговаривают и не превращают людей в свиней. Они просто мигрируют из города в город, из континента в континент, скрывая свою природу, в поисках своего собственного проводника. Но если верить Шибоко, для Ну нет проводников. Они здесь навсегда.

              Найти свою Ну не так сложно, как можно подумать. Они приходят к каждому из нас в первые десять дней с момента рождения. Прикладываются пальцем ко лбу новорожденного. Метят его, как свою собственность. Обычно это бывает в роддоме, но иногда Ну проникают домой. Скрытно или под видом инспектора по несовершеннолетним. Они делают это для того, чтобы ты не погиб от случайной пули или из-за пьяного дальнобойщика. Шибоко говорит, что каждому предначертан свой конец.

             Мне пришлось заплатить кучу денег – чуть ли не все свои сбережения, чтобы провести детальное расследование, собрать уйму материалов о людях, которые были в роддоме или приходили к моей матери для поздравлений. Я отсек сотни вариантов и нашел её. Женщина , около тридцати лет, брюнетка, без следов ДНК и отпечатков пальцев. Я идентифицировал её лицо и нашел совпадения на видеоматериалах из десятков международных аэропортов. За 35 лет она поменяла имя лишь трижды. Сейчас мою Ну зовут Рита.

             Я шел за ней пять долгих лет и теперь был у цели. Последние годы она жила рядом, в моем городе.  Приближалась полночь, я сидел в машине с заглушенным мотором на стоянке рядом с причалом и наблюдал за людьми, выходящими из портового бара с дрожащей неоновой вывеской «Моргана». Я видел, как она зашла внутрь, но настигнуть её при свидетелях было слишком опасно.

***

             Из бара выходили подвыпившие портовые рабочие, кого-то забирали жены, стоянка пустела. В полвторого мне позвонила сестра. Она беспокоилась за меня. Я порвал все связи с родными и не имел постоянного жилья.
- Алло?
- Где ты?
- Я дома, смотрю телевизор.
             Сестра в трубке долго молчала. Она знала, что я вру, но не хотела пилить мне мозг.
- Позвони мне завтра,- наконец, сказала она.
- Хорошо.
            Мы оба знали, что я не позвоню. Я давно стал призраком, мне не хотелось, чтобы родные как-то ощущали мою потерю.

              Ну вышла в начале четвертого утра. Высокая, на длинных шпильках, с эффектной прической с забранными на верх волосами, в обтягивающем жакете и в узкой юбке чуть ниже колен. Она совершенно не вписывалась в местный контингент, но не думаю, что к ней приставали. Одного её взгляда хватало, чтобы отбить всякое желание сближаться. Думаю, она любила выпить местного рома и слушала байки датых моряков. Все Ну в постоянном поиске пути. Они любят необычные истории, пусть и из пьяных уст. Несколько раз я заходил туда украдкой и наблюдал, как она пьет и курит сигарету за сигаретой рядом с шумной компанией. Всегда одна. К ней никогда никто не подходил и это лишь подтверждало её сущность.

            Ну закурила очередную сигарету и окинула холодным взглядом стоянку с единственным фонарем. Моя машина в одиночестве жалась за краем фонарного света. Женщина смотрела прямо на меня. Я ощутил холод и страх. Но я уже решился и теперь нет пути назад.

            Ну бросила окурок в мою сторону и зацокала под темными акациями вдоль длинной пристани с рыбацкими катерами. Как только её проглотила тьма, я вышел из машины, судорожно сжимая в кармане пиджака револьвер.

             Сегодняшняя моя попытка догнать её уже седьмая. Я шел за ней по звуку. Её шпильки служили безошибочным ориентиром. Фонари горели один через три, поэтому мне удавалось увидеть её на несколько секунд. Я знал, что если, не нагоню её до седьмого фонаря, то она исчезнет в темном переулке, где улица торговцев рыбой, бегущая от порта, разбегается сразу в три стороны.

****

              Ну вышла из тьмы в круг шестого фонаря, я выхватил револьвер из кармана и рванулся к женщине со всех ног. Ботинки, грохочущие по мостовой, давно выдали меня. Времени на игры не оставалось. Сейчас или никогда. Нас отделяло не более пятидесяти шагов, но вот её снова проглотила тьма. Еще одна тьма до седьмого фонаря. Я уже собрался кричать и стрелять в воздух, требуя к себе внимания, но тут случилось нечто непредвиденное. Шпильки Ну неожиданно свернули к морю. Она впервые изменила маршрут.
               Я остановился в растерянности, жадно слушая ночь. Её тонкие каблуки выбивали частый ритм. Все верно – она уходила к морю. К старому рыбацкому пирсу, где швартовались рыбацкие шхуны. Несколько тусклых фонарей на пирсе выбрасывали в волны синие мерцающие языка света. Женская фигура вошла на дощатый настил, уходящий в море на сотню метров.
Я все еще стоял, ощущая сердцем волнение и иголки по всему телу. Она сознательно пошла в тупик. С пирса ей не скрыться, если только она не собирается нырять.
                Моя рука сжала рукоять револьвера крепче. С решимостью убийцы я двинулся к цели. Тьма здесь странно смешивалась с синим фонарным светом. Пирс загромождали ящики и бочки из-под рыбы. Фигура женщины терялась в лабиринте брошенных снастей и канатных бухт.  Я больше не слышал её шпилек, но видел верх прически. Она уходила все дальше…Словно там её кто-то ждал. Я прошел несколько десятков метров между бочками и катерами и увидел её спину. Она стояла на самом конце пирса. Далеко за ней, на морских волнах качался зеленый буй.
             Я вытянул руку с револьвером, целясь в её затылок.  
- Стой, Рита!
            В следующую секунду меня огрели по голове чем-то тяжелым. Револьвер отлетел в сторону и булькнул в море.
            Удар не свалил меня с ног. Ловушка, промелькнуло в голове.  Оборачиваясь назад , я увидел как среди туч выбрался полумесяц. Могучий краснощекий здоровяк в тельняшке обрушил на меня второй удар дубины. Я успел выставить руку, попятился, споткнулся и упал на спину. Третий удар должен был размозжить мне череп. Я бессильно выставил вперед ладони и зажмурил глаза. Нет, только не так. Умирать от рук убийцы нельзя. Если верить Шибоко, такая смерть превращает тебя в вечного раба. Но выбирать не приходилось.
              За секунду до удара я вспомнил её лицо. Николь. Моя неудачная любовь, которая привела меня к этому концу. Я знаю, это глупо искать смерти из-за разбитого сердца. Но так бывает, когда ставишь на кон все и ошибаешься. Я мог бы зализать душевные раны и найти новую судьбу и даже построить собственную семью, но что-то во мне надломилось навсегда. Не думаю, что виновата Николь. Какой-то сбой в мозге. Я стал, как отработанный материал, который почему-то до сих пор дышит.
-    Николь…- прошептали мои губы.
               Странно, но я ничего не почувствовал. Как глупо… И в тот момент, когда из моего черепа должны были брызнуть мозги, ничего не произошло. Точнее, произошло, но не со мной. Здоровяк вдруг взмыл во тьму, как будто его схватил за шкирку невидимый великан. Я видел недоуменное краснощекое лицо, а потом, через несколько секунд, услышал, как на мостовую грохнулось его тело. Словно огромный мешок с фаршем. Он даже не успел вскрикнуть.
              Внезапно надо мной выросли её длинные ноги. Зеленые глаза Риты блестели сталью. Она  скривила ухмылку и встала так, что моя голова оказалась у неё между ног. Я невольно бросил глаза в темное пространство под юбкой, но тут носок её туфли прижался к моему лбу.
- Ты хочешь умереть – в её голосе не было вопросительных интонаций.
- Проведи меня, – прохрипел я, еще пьяный от удара.
- Зачем? – она убрала туфлю со лба, словно моя просьба действительно её удивила.
- А то ты не знаешь.
- Женщина? – Рита выразила недоумение.
- Вряд ли. Это что-то глубже.
- Ты глупец.
- Я сделал свой выбор…
- Молчи! – глаза Риты грозно сверкнули - Ты знаешь правила?
- Я знаю, что если поймаю тебя, ты должна провести.
- Но ты не поймал.
              Рита коварно улыбнулась.Впервые я почувствовал, как на затылке расползается теплая кровь.
- И что теперь? – меня обдало холодом плохого предчувствия.
- Я проведу , - снисходительно согласилась она,-  но сначала сделаешь кое-что для меня.
- Все, что угодно.
- Мне нравится твоя прыть. Ты мог бы сделать карьеру, стать кем-то...
- Возможно, в следующей жизни..
- Следующей не будет.
- Так что мне сделать?
              Рита села на корточки, прямо на мою грудь... Её красивое овальное лицо почти касалось моего лица. Она запустила длинные пальцы в мои нестриженные космы, соскользнула ладонью к затылку и сжала то место, где пульсировала рана. От боли я прикусил губу.
- До заката следующего дня – строго сказала она, приподняв мою голову, - ты убьешь первого, кто не сдержит обещания.
- Что..?
- Таковы правила. Не исполнишь, умрут все, кого знаешь. И старые и молодые.
              Она резко отпустила мои волосы и боль вернулась с новыми красками.

***

             Шибоко запрещает как-то влиять на свой исход. Конец каждого предначертан, но он ничего не говорит об охоте на Ну. Я не знал её правил, но точно не собирался их нарушать. Я сидел в машине, прижав к ране на голове скомканный старый свитер, и смотрел на мерцающую вывеску «Моргана».
              В бордочке лежало еще два револьвера. Мысли о смерти заставляли меня подступаться к ней разными способами. Я провел долгие вечера, примеряя каждый из стволов к своему виску. Я не думал, что использую оружие против кого-то, но теперь... Меньше чем за сутки мне предстояло найти лгуна и выбить ему мозги. Меня успокаивала мысль, что этот день станет последним. Терзания совести не успеют замучить до смерти. Если только Ну не собирается провести меня в Ад.
- И старые и молодые ...--- повторил я как призрак, вспоминая слова проводника, а после вспомнил сестру, её троих детей и престарелых родителей, которые так верили в меня. Ну права, я мог бы стать кем-то. Врачом, например, но что говорить теперь….Теперь мне нужно лишь кого-то убить.
               Сестра наверно проклянет меня, когда узнает и конечно никогда не поймет, что все это ради них. Черт, как я дошел до такого! Я выругался крепким словом и выбрался из машины, направляясь к бару местных моряков.
     
               Я забрался за пустующую стойку и взял пива. За спиной бармена над полками улыбался портрет Шибоко  - молодой азиат в белом кимоно – пророк Новой Эры. Говорят, его лик приносит удачу. Что ж, сегодня это не сработает.  Кому-то точно не повезет.
               В баре висел густой смог от кубанских сигар. Пахло ромом, трудовым потом и шлюхами. Несколько разукрашенных портовых девок сидели на коленях молодых торговых моряков, которые, не стесняясь, залазили своим дамам под юбки и блузки. За тем столом было весело, чуть ли не каждую секунду компания взрывалась хохотом. Шлюхи смеялись широко открытыми ртами, закидывая голову назад, как в дешевых фильмах. За другими столиками было потише. Близилось утро, многие уже дошли до кондиции, и пили редко, забрасывая рюмки на автомате. Этим людям нужно было сильно набраться, ведь с утра многих ждал изнуряющий труд в море или порту. Я мог бы убить тут любого без зазрения совести, поскольку давно стал социопатом, но сегодня мне нужно соблюдать правила.
                 План созрел быстро. Я узнал несколько пьяниц, которые раньше подходили ко мне, выпрашивая угостить рюмкой рома. В каждом баре есть свои завсегдатаи. Через два глотка ко мне подкралась потенциальная жертва. Бородатый мужик моего возраста забрался на высокий стул рядом.  Я немного удивился тому, что он не выглядел пьяным. Я приветливо улыбнулся ему, ощущая себя серийным убийцей. Наверное, все они так улыбаются, когда хотят кого-то грохнуть.
- Тяжелая ночь, – ответно улыбнулся парень.
- Да, - я убрал волосы с лица и приложился долгим глотком к бутылке.
                  Затем полез в пиджак за бумажником и намеренно вытащил сотню, чтобы заказать еще пива.
- Слушай, братец, - клюнула моя жертва, -  не одолжишь до завтра десятку?
- Без вопросов, – кивнул я,  протягивая купюру - Но только до вечера. Я ночью уезжаю из города.
-  Как скажешь приятель, – расцвел бородач – Где тебя найти?
                 Его вопрос меня смутил. В таких местах дать взаймы- все равно что просто дать и забыть. Зачем то я назвал ему забегаловку неподалеку, где обычно завтракал мясными блинчиками. Очень странно кому-то не отказывать, когда всю жизнь посылал людей на три буквы. Моя десятка прямо сотворила какое-то чудо с этим малым. Он рассыпался в благодарностях и уверял меня, что я отличный мужик. Я поспешил прихлопнуть вторую бутылку и в тот момент, когда бородач собирался ретироваться, поймал его за рукав.
- Так точно отдашь до вечера?
- Богом клянусь!
- Обещаешь? – я мысленно взвел курок.
- Обещаю, – кивнул парень и я отпустил его.
                 Я выпил еще пива и побрел к машине.
                Остаток ночи я никак не мог выбросить из головы этого мужика с бородой. Он был явно не местный. Кореец, вероятно. Кого же он мне напоминал?

***

            Шибоко говорит, что для того, чтобы стать счастливым, нужно просто хотеть этого и счастье к тебе придет. Я не думаю, что это пустой треп. Но я не понимаю, как можно не хотеть быть счастливым, ведь миллионы, а может и миллиарды людей на земле не могут сказать, что они счастливы.
              Я уснул в машине с волнительным предчувствием, что моя цель близка как никогда. Я не был так взволнован с тех пор, как первый и единственный раз в жизни влюбился до беспамятства.
             Меня разбудил громкий стук в стекло.
             Я открыл глаза и увидел её.
              Николь.
              Длинные светлые волосы в утренних лучах солнца делали её похожей на ангела. Неужели я уже умер?
             Она увидела, что я проснулся и радостно помахала рукой. Не веря своим глазам, я опустил окно. Мы не виделись больше пяти лет, но она ничуть не изменилась.
- Николь?
-  Да, - кивнула она так, словно это был сон. Чудесный сон, который коварно отнимает счастье с первым сигналом будильника.
                Но прошла секунда, другая, а она никуда не исчезла. Меня это не на шутку испугало.           
- Что ты здесь делаешь ?
- Я искала тебя. Мои знакомые сказали, что ты ошиваешься у этого бара. И вот я здесь.
                       В её словах сквозила непринужденность и искренность. Её голос влетал в провонявшую пивом машину, как свежий бриз. Я был совершенно обескуражен и опьянен её видом. Легкое голубое платье, ровные длинные ноги, большие серые глаза, сумочка из крокодила. Я чувствовал себя так, как чувствует себя наркоман с первой дозы после длительной завязки.
- Ты…так …такая красивая.
- Спасибо, Грег….- она окинула меня знакомым лукавым взглядом -  Если тебя отмыть и постричь, ты тоже сможешь стать человеком…
- Но…твой муж, семья ?
- Мы развелись. Дочка со мной. – оттарабанила она так, словно это была пустая новость - Я думала о тебе. А ты?
                     Образ почти стерся в памяти, но достаточно было увидеть её снова, как я вновь заполнился ею.
                     Первые дни, когда тебя бросают, ты переживаешь чудовищную ломку. Неожиданное одиночество оглушает тебя, выедает изнутри мозги, разрывает в клочья душу. Все то, что было прекрасным, превращается в трупный яд. Ты не знаешь, на какие стены лезть от этой отравы.  С тех пор я к каждому человеку отношусь, как к мертвецу. Но я не думал, что мертвецы могут оживать.
                   Я вышел из машины и никак не мог ответить на её вопрос. Просто пялился в её серые глаза, словно смотрел на пришельца.
- Я… я перестал думать о тебе …Прости…
                  Она попыталась дотронуться до меня, но я отступил.
- Нет, это ты прости, я сделала тебе больно…
- Не бери в голову, Николь. Что прошло, то прошло.
                   Я чувствовал свой перегар и отдал бы миллион долларов, чтобы она не нашла меня в таком виде. Какого черта она приперлась?
- Ты не хочешь попробовать снова?
                   В её предложении было нечто сюрреалистичное. Сегодня ночью я собирался уйти из этого мира и ничто не могло мне помешать.
- Нет, - закачал я головой ,как старый призрак -  этого уже не переиграть. Я давно не тот, кем был…
                  Она опустила глаза и тут до меня дошло.
- Зачем ты пришла?
- Мою дочь не могут принять в орден Шибоко.
- Что?
- Нашу дочь, Грег…Я не хочу, чтобы она стала изгоем. Нужно одобрение обоих родителей…
- Господи…
- Знаю, прости, прости меня Грег. Нужна только твоя подпись…
                  Она поспешно вытащила из сумки планшет.
- Почему ты молчала!? – небо закружилось над головой. Мне не хватало воздуха.
                  Я готов был убить её прямо здесь. Я отвернулся и зашагал к морю.
- Грег!  - Николь засеменила за мной с протянутым планшетом -  Так было нужно! Ты сам не знал, чего хочешь! У нас ничего бы не вышло, но  сейчас …сейчас я готова попробовать…
                    Еще около минуты она продолжала раскаиваться. Её лицо маячило то справа, то слева. Никогда не думал, что она когда-нибудь будет меня умалять о чем-то. Меня, человека на дне, с последним днем в кармане.
                     Я остановился на краю пристани, в прозрачной воде между шхунами стая полосатых рыб отбрасывала солнечные блики. Море всегда успокаивало меня. Высокий, заросший, в грязных джинсах и протертом вельветовом пиджаке. Я смотрел на свое отражение. Не иначе, бомж, или свихнувшийся студент. Что-то среднее.. Уже не человек, а только тень.
- Давай сюда – грубо сказал я, желая, чтобы все кончилось.
                    Она поднесла планшет и я приставил к экрану большой палец, портал ордена Шибоко выдал радостное поздравление, что наша дочь принята. Теперь у  неё есть шанс стать кем-то. Может быть врачом или бухгалтером. Без членства в ордене человек лишался карьерных перспектив.
- Ты хороший человек, – сказала Николь, убирая планшет в сумочку. – Я искренне благодарна тебе.
                    Она уже уходила. Её дорогие духи бесследно растворялись в запахе рыбы, что поднимался с рыбацких лодок.
- Стой! – обернулся я, ощущая, что вновь теряю что-то важное в жизни. - Я хочу её увидеть. Приведи её сегодня в блинную в двух квартала отсюда. Знаешь эту блинную, где делают эти модные коктейли из гуаявы? В восемь вечера. Будь там, пожалуйста. И я вас больше не побеспокою.
                    Николь остановилась, на её лице читалась замешательство. Она получила, что хотела и теперь в ней боролась человечность с циничной сучкой.
- Хорошо, Грег, – наконец, сказала она. – Обещаю.

***

                    Не знаю, зачем она сказала это дурацкое слово. Шибоко не одобряет слов, брошенных на ветер. Он говорит, что пустые слова рождают демонов, которые вырастают где-то внутри тебя и в конце концов сводят с ума. Впрочем, Николь никогда не была религиозной.
                    Я занял голубой столик в самой глубине помещения. Мне нравились эти красные мягкие диванчики и шахматные бело-черные полы и длинная стойка с молодой обслугой в форменных фартуках и колпаках. Здесь пахло ванильными десертами, блинами и фруктами. Сюда приходили небогатые семьи и хорошенькие девушки после трудного рабочего дня. Безмятежная болтовня за соседними столиками убаюкивала и умиротворяла. Закрывая глаза и улавливая обрывки обыденных фраз, я исчезал из мира и становился частичкой каждого, кто был рядом.
- Эй, приятель! – крепкая мужская рука схватила меня за плечо и я недовольно вышел из нирваны.
                       Бородач.
                       Че-е-ерт, выругался я, не открывая рта.
- Держи свою десятку. Еще раз спасибо, приятель. Ты в порядке?
                    Я держал купюру и смотрел на мужика, как на привидение.
- Может тебя угостить? – от него исходил чистый позитив. Не дать ни взять, Иисус из Назарета.
                     Как я мог из всего этого портового гадюшника найти столь чистую душу.
- Нет, спасибо. – ответил я , ощущая озноб на кончиках пальцев -Ты и так сделал больше, чем нужно.
                       Бородач откланялся, взял с собой коктейля из гуаявы и пожела мне счастливого дня. Все время пока он шел к выходу я сверлил его взглядом в бессильных попытках кого он мне напоминает. Вдруг я вспомнил о пророке и едва не рассмеялся, несмотря на весь трагизм ситуации. Шибоко и портовый бар -  разумеется, это была бредовая мысль. Все знают, что он живет в Гималаях в дворце из белого мрамора и никогда не покидает гор.
                    Время шло, посетители приходили и уходили, кафе пустело. Конечно, она не пришла.

***

                   Я нашел её адрес по справочнику. Большой двухэтажный особняк на побережье. В таких только снимать сериалы. Я забрался в дом через окно на кухне и бесшумно прокрался на второй этаж. Сейчас ничто не могло тронуть меня. Я стал пулей в револьвере, которая ищет свою мишень.
               
                 Её спальня была напротив детской. Я встал между  дверей и впервые ощутил волнение. Нет, это было нечто большее. Я почувствовал, как в вены вгрызлись тысячи мелких челюстей. Меня прошиб пот и я едва не потерял сознание. Что-то менялось внутри организма. Я не мог побороться с искушением и открыл детскую.
                 Девочка – сущий ангелочек - мирно спала, положив ладони под правую щечку. Лунный свет ясно очерчивал её красивое лицо. Она была копия Николь. Наша дочь. Моя дрожащая рука потянулась к ней и грязные пальцы коснулись детского лба.
                 В момент касания я ощутил нечто вроде мощного электрического разряда. В голове вспышками пронеслись образы: моя дочь в 10 лет зачитывает перед классом сочинение, моя дочь в 16 лет в красивом платье на школьном балу, моя до в 25 лет выходит замуж…..миллионы образов пронеслись перед взором, я увидел её молодой и старой, увидел много света и тьму. Это длилось всего мгновение. Миг, за который я увидел всю её жизнь. Меня откинуло назад, я грохнулся на пол и едва не разбудил малышку. Что-то внутри снова вгрызалось в мои вены и просверливало сердце, и скручивало легкие, и дырявило желудок. Я пополз к двери и смог вновь подняться на ноги только в коридоре.
            
                    Меня штормило от волн адреналина. Я не понимал откуда это, но чувствовал, что конец близок.  Я толкнул дверь спальни с взведенным револьвером. Николь крепко спала. Несколько шагов и моя ладонь плотно зажала ей рот, а дуло револьвер уперлось в лоб.
                    Она открыла глаза и попыталась закричать, но голос превратился в мычание.
- Не звука, – сказал я голосом убийцы. – Я могу убить тебя здесь и наша дочь увидит это или ты заткнешься и мы сделаем это снаружи. Убить тебя здесь?
                     Я никогда не видел столько страха в глазах человека. Николь замотала головой.
- Хорошо, тогда идем.
                      Я отпустил её рот.
- Что ты хочешь? – Николь смотрела на меня, как на сумасшедшего.
- Сейчас это неважно. Идем со мной.
                      Мы выбрались на пляж. В белой комбинации с распущенными волосами она походила на призрака. Мы прошли не меньше трех километров по песку вдоль грохочущего прибоя, вдоль дорогих особняков с террасами и лестницами, спускающимися к пляжу. Порывы ветра швыряли её волосы. Над волнами кружили чайки. В темных водах качался зеленый буй. Николь, не переставая, терзала меня вопросами, которые не имели ответов.
- Стой здесь. – сказал я, приставив дуло к её виску – Тебе не будет больно.
                      Она зажмурила глаза и заплакала. Я собрался с силами, но палец замер на гашетке, как каменный. Шли секунды, она все ревела, а я никак не мог спустить курок.
- За что? –  спрашивала она, рыдая – Ты совсем спятил?
- За то, что не сдержала обещания,- зло, сквозь зубы, процедил я. 
- Что? – её сопливое, заплаканное лицо выразило недоумение.
- Черт, Николь! – взорвался я криками -Ты не пришла! Я сказал, будь там в восемь! А ты не пришла!
- У Марты болел зуб! Мы были в больнице! Я бы позвонила, но не знала номер!
                  Марта. Боже, мою дочь зовут Марта. Это имя расплылось во мне нежной теплотой, но вся эта нега быстро пропала в черных трещинах изодранной души. Я уже сделал шаг в вечность.
- Теперь это неважно! – крикнул я, срывая голос, заражаясь её рыданиями. – Ты не сдержала его! Теперь я должен тебя убить! Должен!
- Боже, ты свихнулся! – не унималась Николь – Кому ты должен? О чем ты говоришь?
- Ты не поймешь! Я нашел свою Ну! Я не хотел, чтобы это закончилось так!
- Ну ? – лицо Николь озарилось пониманием – Ты пошел против заповедей Шибоко? Ты ищешь смерти?
- Прости, Николь, ты отняла мою жизнь. Теперь мне придется отнять твою. Надеюсь, наша дочь не повторит нашу судьбу.
- Давай! - она взялась за ствол и прижала его сильнее к своему виску – Стреляй! Чего ты медлишь!?
                 Я не мог. Черт, не мог убить её. Не мог убить нечто столь прекрасное. Проклятая Рита!
- Что будет, если ты не убьешь меня? – Николь больше не плакала. Меня всегда восхищал её ум. Она умела разбираться в любой ситуации быстрее остальных.
- Все, кого я знаю, умрут.
- Скажи мне одну вещь, Грег… ты заходил к нашей дочери?
                 Я опустил глаза.
- Боже Грег…. Она ведь тоже умрет!
                   Тьма медленно сползала с неба. Близилось утро, время истекало.
- Стреляй, Грег, я тебя ни в чем не виню. Никогда не хотела стареть, ты же знаешь!
- Черт, замолчи! Я  не могу!
                  Я отвел ствол от её виска и бессильно опустился на песок. Впервые за многие годы меня захлестнули настоящие человеческие чувства. Я рыдал, как маленькая девочка, закрывая лицо руками.
                   Она опустилась рядом и обняла меня.
- Мы заплелись в эти нити вместе. – успокаивала она меня, - Никто не виноват. Это наша судьба. Шибоко бросил кости. Будь мужчиной и убей меня ради нашей Марты.
                   Николь вновь приставила дуло к своему виску.
- Стреляй! – велела она строго.
                  Я встал, утер слезы, вдохнул поглубже и снова выдохнул. Она стояла на коленях в песке и это было ужасно.
- Стреляй! – повторила она.
                Сильный порыв ветра переплел её волосы, я ощутил присутствие постороннего, обернулся и увидел Риту. Она пришла по нашим следам.
- У тебя осталась минута,- сказала Ну.
- Ты обманула меня! Ты все знала! Все подстроила!
                Я с яростью бросился на брюнетку , но почти тут же отлетел в сторону, словно врезался в невидимый резиновый барьер.      
- Полминуты, человек – сказала Рита – Сейчас или никогда.
- Боже, Грег, стреляй! – закричала Николь. – Или я сделаю это сама!
                Я поднялся с песка, прицелился в её голову и спустил курок... Грохот выстрела поднял тучи чаек с прибрежных камней. Рита отлетела назад на несколько метров и замерла в песке с распростертыми руками. На её жакете расползалось темное пятно крови.                      
                Я упал на колени от невыносимой боли в животе. То, что было в доме Николь, вернулось ко мне троекратно. Вены взрывались изнутри, меня словно пронизывало током, а органы срастались вместе, трансформировались, выталкивали жидкость из внутренних полостей. Меня вырвало каким-то черным шаром, размером с грейпфрут. В ушах нарастал ужасный гул.
                 Невыносимый гул, от которого вот-вот должен был взорваться мозг. Я подполз к Рите на четвереньках. Николь что-то кричала рядом, но я не слышал её слов. Я видел лишь улыбающееся лицо Риты.
                  Ловушка, пронеслось в голове.                  
                 На издыхании брюнетка сорвала с шеи цепочку со странным талисманом в форме маленькой сетчатой сферы из бронзы и протянула его мне. С прикосновением металла я принял глубокую тайну бессмертия. Энергия Ну пронзила каждую мою клетку, вытеснила мое ДНК, стерла мои отпечатки пальцев. Рита растворилась в песке, как зыбкая цветная фигура из морской пены.



Tags: Ник Трейси, драма, мистика, рассказ
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Время Шьямалана

    Новое творение Шьямалана, который любит выдумывать оригинальные истории-кошмарики. В двух словах группа людей приезжает на отдых на райский остров и…

  • Толмен. Первый демон и Заклятие-3. По воле дьявола

    В прошлый уикенд удалось сходить на два неплохих ужастика. Ну, если с Заклятием было примерно ясно чего ждать, то хочу особо выделить Толмена.…

  • Срок

    Новый английский сериал или лучше сказать трехсерийный трехчасовой фильм про учителя-алкаша , которому за 50 и который сбил на смерть пешехода. И…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments