barikripke (barikripke) wrote,
barikripke
barikripke

Categories:

Маша, Оскар и гардулоглот

Представляю вам историю о маленькой девочке, которая мечтала стать большой актрисой.

677563833320329880f29fe76d7140969244462531361792084_jenn-khjetjeujejjoscar14


Маша, Оскар и гардулоглот.

(Из серии «приключения пузатой Маши»)

Ник Трейси

              Накануне дня откровения святого Франциска, который в Баракуда-сити празднуют шестнадцатого апреля, пузатая Маша получила твердую четверку за школьное сочинение на тему «Моё будущее». Поистине, это было большое событие, ибо школьные сочинения для семилетней Маши представлялись адовыми муками, придуманными для того, чтобы истязать маленьких девочек. Маша ненавидела школьные сочинения самой лютой ненавистью. Всякий раз, как учитель выводил мелком на доске заданную тему («Что для вас значит дружба?» «Почему пенсионные отчисления после второго сената превышают лимит Джефферсона?» и др.), Маша впадала в жуткий ступор. Ну откуда ей знать, что для неё дружба и почему пенсионные отчисления что-то там превышают? Детям обычно выдавалось 45 минут на всё про всё. Все эти тяжкие жуткие долгие минуты Маша сидела перед девственно чистым листком бумаги и с завистью глядела вправо, где отличник в очках закатывал уже пятую страницу. Она пыталась подсмотреть, но учитель строго одергивал Машу, и та продолжала выжигать взглядом белоснежный лист. После звонка Маша сдавала чистый лист с названием темы и своим именем и тут же получала двойку.

             Но в тот день (накануне дня откровения святого Франциска) с Машей что-то произошло. В её темном сложном мозгу заблудшая мысль нашла тайное нервное волокно, которое неожиданно запульсировало и стало лихорадочно генерировать слова, выкачивая их из одной области мозга в другую, как ассенизаторский насос. Маша исписала шесть листов и попросила добавки. Она писала так быстро и ожесточенно, что когда все дети покинули класс, учителю вместе с негром-уборщиком пришлось отдирать Машу от парты.

          Когда Маша получила четверку и принесла её домой, папа сказал маме:

- Наша дочь умница. Это надо отметить.

          Мама согласилась с папой, и на семейном совете решили отпраздновать это событие в ресторане «Хучи-пучи», что располагался на крыше небоскреба, принадлежавшего автомобильному концерну «Мидлскай». Хучи-пучи был известен в Баракуда-сити, как один самых красивых и дорогих ресторанов. Сам ресторан, благодаря задумке гениального архитектора, располагался в стеклянно-металлических ромашковых лепестках, свисавших над городом с крыши небоскреба на высоте в пятьсот метров.

         В «Хучи-пучи» не впускали в грязных шортах, поэтому Маша надолго заперлась в ванной, чтобы навести марафет.            

          

Маша стояла по щиколотку в бурлящей теплой воде. Еще с детства она любила купаться в ванной, куда опускала пластиковые кораблики. Так она чувствовала себя великанской Машей. Ей это нравилось. Но эти дурацкие учителя в школе что-то сделали с ней и теперь она не получала прежнего удовольствия от присутствия великанской Маши. Тема сочинения называлась «Моё будущее». Маша исписала целых шесть листков и могла бы написать столько же, если бы не мускулистый негр.

             Маша не хотела больше давить пластиковые кораблики. Она отерла ладонью запотевшее зеркало и сказала отражению:

- Они испортили меня. Где ты, прежняя Маша?

          Не получив ответа, Маша закрутила свои черные волосы в хитрую конструкцию, взяла с полочки шампунь в форме изящного цилиндра с зауженной серединой и взглянула в зеркало еще раз.

           Тема сочинения называлась «Моё будущее».Будущее Маша представляла гигантским ярким цветком из бесчисленных разноцветных соцветий, бесконечно прорастающих из одного стебля. Одним из этих соцветий была Маша, получающая мировое признание, как лучшая актриса второго плана.

           Маша взяла шампунь обеими руками, представляя, что это статуэтка Оскара. Она любовно прижала шампунь к груди и, глядя на свое постепенно запотевающее отражение, стала нести вслух всякую чушь.

- Не могу поверить, что это произошло – говорила она, выдавливая из глаз крупную слезу – Боже, боже, боженька, я сейчас расплачусь… Мой отец всю жизнь был бедным башмачником, а мать работала прачкой в господском доме. Все думали, что я тоже стану прачкой, но папа заставлял меня играть маленькие пьесы из Шекспира. – Маша уже рыдала – И вот результат, я перед вами, перед такими талантливыми и красивыми людьми. – тут Маша стала раздавать воздушные поцелуи воображаемой аудитории – Спасибо моему агенту, который поверил в меня, когда уже все отвернулись… Спасибо тёте Азалии, которая давала мне карамельки по вторникам. Спасибо мальчику с седьмой авеню, который приютил меня в большом городе и не дал умереть с голоду. Спасибо, мама. Спасибо, папа. Спасибо всем, кто...

            На этом самом месте пузатую Машу прервал стук в дверь.

            Маша так разошлась, что уже рыдала навзрыд. Она говорила так громко, что её услышала настоящая мама, которая была вовсе не прачкой. Настоящая мама Маши почти никогда не работала потому, что была женой крупного бизнесмена.

- Хватит уже придуриваться! – строго кричала настоящая мама – Быстрее мойся и одевайся! Мы из-за тебя в Хучи-пучи опоздаем!

           Для дресс-кода Машу одели в лавандовое шелковое платье с глухим лифом и непонятными воланами вдоль юбки. Из длинных черных волос Маша с позволения мамы заплела себе странную высокую конструкцию, скрепленную четырьмя изящными серебряными заколками, которые папа привез ей из Австралии в том году. Эти заколки были не менее 15 см в длину каждая, заостренные в одну сторону и с пышными узорами с другой стороны. Заколки, торчащие из машиной головы, делали её похожей на египетскую царицу.

         Мама оделась в светлое вечернее платье, а папа облачился во фрак. Вся семья спустилась по эскалатору в нижнюю часть одного из семи лепестков ресторана. Маша была здесь впервые и у неё захватило дух от столького гламура, собранного в одном месте.

          Со схода эскалатора их встретил улыбающийся служащий «Хучи-пучи». Рассыпаясь в любезностях, он провел семью к забронированному столику в центре лепестка. Маша шла по прозрачному полу из толстого стекла и видела под собой крошечные крыши автомобилей, людей-муравьишек, а иногда и городских ястребов, которых разводили власти для борьбы с голубями. По случаю дня откровения святого Франциска в «Хучи-пучи» было необычайно людно.

            Гости сидели за круглыми столиками на резных стульях из красного дерева. Официанты и официантки были похожи на бескрылых ангелов. Маша села напротив мамы с папой и сказала, что будет мороженку с вишневым сиропом, полусырой бифштекс с кровью из голландской свинины, запеченного вальдшнепа и фаршированного краба по-мексикански.

           Пока ждали заказ, папа говорил маме о том, какая она красивая, а Маша смотрела себе под ноги, наблюдая, как ястреб делает хищное пике. Потом папа сказал:

- Да это же киношники.

            Он сказал это потому, что в углу ресторана расположилась съемочная группа известной кинокомпании. Маша быстро забыла про ястреба, повернула шею далеко назад.

         Её глаза загорелись нездоровым блеском. Маша все еще очень живо переживала за Оскар второго плана.

           Киношники ( тоже во фраках и вечерних платьях) хлопали полосатой хлопушкой. После этого от желтой метки на полу начинала идти красавица с ярко-красными губами в белом платье. У открытого квадратного окна она останавливалась подышать свежим воздухом и тут главный бородатый киношник в кожаном высоком кресле кричал «Стоп!» и после начиналась все сначала.

             Маша поняла, что вот он её шанс в жизни.

- Мама, дай пудру – довольно резко сказала она, продолжая смотреть за красногубой красавицей.

- Что ты задумала? – насторожилась мама - Ты же знаешь, у меня нет пудры.

- Милая, зачем тебе пудра? – сказал улыбчивый папа – Сейчас уже краба принесут.

-Ладно – сказала Маша, не поворачиваясь к родителям – Я ща.

           И вылезла из-за стола.

- Ты куда? – одернул её папа.

- Я в уборную. Руки помою и назад.

            На самом деле Маша не пошла мыть руки в уборную. Она пошла в кухню, где собиралась попросить у шеф-повара немного муки. Маша смотрела передачу «пропуск в Холливуд» и там одна актриса рассказывала, что однажды использовала муку вместо пудры. Пудра нужна была Маше для того, чтобы напудрить себе лицо и показать режиссеру насколько неотразимо-типажное у неё лицо.

           Маша наклонила голову, прошмыгнула под откидной стойкой длинного бара, за которым скрывались кухонные помещения. Она отодвинула ширму и вошла в царство сумасшедших запахов. С одной стороны её терзали свежие ароматы ванили и молочного шоколада, с другой -убийственный запах прожаренного стейка. Всё здесь блестело, шипело, пузырилось. Люди в белых халатах махали ножами, вращали поварешками, подливали что-то желто-розовое в один чан и просеивали из сита что-то зеленое в другой чан. Маша подошла к высокому китайцу в белом колпаке, который отдавал приказания налево и направо, но не прекращал при этом нарезать шампиньоны.

-Простите, сэр – сказала Маша.   

           Китаец от неожиданности порезался и, матькнушись по-китайски, вперил страдальческие глаза на маленькую Машу.

- Фиво тебе? – сказал он, обсасывая порезанный палец.

- Муку - сказала Маша.

         На лице китайца всплыл мучительный вопрос.

- Муку – повторила Маша и попыталась изобразить пантомиму, сдувая с ладоней невидимую муку.

- Муку? – догадался китаец.

- Муку – кивнула Маша.

- Дальше в правый коридор – китаец показал пальцем в дальний угол кухни – Потом налево, там склад увидишь.

        Маша поблагодарила китайца, побежала вдоль шипящих чанов и ароматных поварят. Бежать ей было неудобно потому, что лавандовое платье сужалось от талии до самых щиколоток. Она почти добежала до нужного коридора, но тут споткнулась и чуть не сбила с ног официанта с огромным подносом. При падении лавандовое платье немного порвалось снизу.

- Дурацкое платье – со злостью сказала Маша и надорвала порванную часть до самой тали.

           Теперь она походила на крутую девушку- агента ЦРУ.

            Пока она делала мейк-ап с платьем, её глаза засекли в дальнем ряду кухонных плит выделяющуюся черную тень. Это был высокий брюнет в черном, как у папы, фраке, с квадратной нижней челюстью и красным проблеском в глазах. Маша, не двигаясь с места, пронаблюдала, как этот высокий господин прошел весь ряд кухонных плит и тут прямо перед ней из-под кухонного стола вынырнул пятилетний малыш в детском фраке.

- Ты что тут делаешь? – спросила Маша.

- Я потерялся – сказал малыш.

- А! - догадалась Маша и окликнула высокого господина, думая, что это отец малыша.

             Высокий господин увидел, как Маша машет ему руками и показывает, что она нашла его сына.

- Теперь все будет хорошо – Маша улыбнулась малышу, но тот не выглядел радостным.

              Лицо малыша искажало ядовитое недовольство.

- Ну, ты дурра…. – пропыхтел со злостью он и вновь нырнул под кухонный стол.

             Высокий господин не успел подбежать вовремя. Маша показала ему, в какую сторону уполз маленький нахал, а сама отправилась искать свою муку.               

         Коридор завернул влево. Маша увидела высокую дверь с табличкой «склад». Дверь оказалась не заперта. Маша вошла в помещение с высоченными потолками, с длинными стеллажами вдоль стен, где помещались мешки с сахаром и мукой, а кроме того много всевозможных контейнеров с кофе, какао-зернами, специями и прочим и прочим. Запах на складе стоял терпко-сладкий. Маша быстро нашла муку в открытом мешке.

             Она набрала в легкие воздуха и опустила лицо глубоко в муку. Затем вынырнула обратно и стала похожа на приведение маленькой девочки. Рефлекторно, как любая женщина, Маша принялась искать глазами зеркало, но на складе его не было. Тогда поспешила назад, чтобы успеть показаться бородатому киношнику, который бы заметил её типажность и предложил бы ей роль второго плана.  

             Она открыла дверь склада, вышла в коридор, прошла пару шагов и остановилась.

              Маша остановилась потому, что услышала детский плач в конце коридора. Она вмиг вспомнила о малыше под кухонным столом и о высоком господине с красным проблеском в глазах. Красный проблеск Маша поначалу приняла за причудливое отражение электрического освещения, но сейчас этот детский плач в конце коридора говорил ей о том, что она ошиблась. Теперь Маша поняла, что малыш был прав. Она и впрямь поступила, как настоящая дура, ведь высокий господин был вовсе не господином, а опасным гардулоглотом, которые появляются под личиной человека каждые 14 лет, чтобы поглотить от двух до семи ( в зависимости от собственного веса) человеческих детенышей.

Для справки : Гардулоглот обыкновенный – сложный межвидовой гибрид млекопитающего со сложным строением пищеварительной системы. Питается человеческими детенышами, в основном до шести лет. Избирательность пищи связана с исключительной адаптацией животного, эволюционировавшего в заброшенной закрытой зоне «Эксперимент 9» на островах в индийском океане. Для здорового обмена веществ гардулоглоту необходима редкая аминокислота виминикрин, содержащаяся в белке гардулин 12ZJ, который бывает лишь у детей определенного возраста. Гардулоглот трансфоморф. На охоте использует мимикрические свойства организма, чтобы втереться в доверие к жертве. Питается с периодичностью в 14 лет. Ровно столько усваивается белок гардулин его пищеварительной системой.

          Маша знала кто такой гардулоглот. Гадрулоглот был главной страшилкой у детей, которые засиживались во дворе допоздна.

          Детский плач доносился из-за закрытой двери в конце коридора, где находился склад замороженных вальдшнепов. Маша повернула в сторону плача голову, но её ноги остались стоять на месте. Маша очень хотела показать свое типажное лицо бородатому киношнику, чтобы потом получить роль в кино, а чуть позже Оскара за второй план. Она мечтала поплакать перед тысячной аудиторией киношных красавиц в вечерних платьях и брутальных киногероев в черных фраках. Она хотела славы и блеска, но детский плач из склада замороженных вальдшнепов мешал ей получить всё это.

- Чёрт – сказала Маша.

          Он сказала это с таким сожалением, будто все её мечты о кинокарьере в один миг разрушились, как песочный замок под приливной волной.

          Машины ноги неохотно повернулись вслед за головой. Микрочастички белой муки закружились, опадая на красный длинный ковер кухонного коридора.

           Маша подняла руку к голове и вытащила одну из четырех длинных серебряных заколок, которые папа ей привез из Австралии. Извлеченная из головы заколка сломала конструкцию прически. На машин лоб упал черный локон. Она дунула на него, выпятив нижнюю губу и, сжимая заколку, как кинжал, направилась в сторону детского плача.

          На самом деле плача уже не было. Была какая-то возня с жуткими прихлюпавающими звуками.

              Маша в два прыжка достигла двери, с размаха пнула по ней. Дверь резко отварилась, открывая жуткую картину.

           Господин в черном фраке раскрыл свою тайную вертикальную пасть, которая начиналась от квадратного подбородка и заканчивалась почти на груди. В эту пасть он уже на половину засунул шестилетнего малыша, который, однако, продолжал отчаянно сопротивляться, махая ногами.

           Глаза гардулоглота теперь были полностью красными. Эти глаза уставились на Машу.

- Выплюнь – сказала Маша строго.

       Гардулоглот отрицательно мотнул головой. Тогда Маша, немедля больше ни секунды, прыгнула на хищника с занесенной в руке заколкой. Гардулоглот попятился назад, облокотился о стеллаж с замороженными вальдшнепами. С полупроглоченным мальчишкой он потерял маневренность и поэтому стал весьма уязвим. Маша воспользовалась этим.

           Она прыгнула на средний стеллаж, оттолкнулась от него и бросилась на шею гардулоглоту, словно то был старый добрый родственник, которого она не видела сто лет. Повиснув одной рукой у него на шее, другой рукой Маша с размаху воткнула в ухо гардулоглоту серебряную заколку, похожую на древний стилет.

            Из черепа гардулоглота прыснуло зеленной спинномозговой жидкостью. Его глаза тут же закатились. Он еще больше завалился на стеллаж и последний под его весом сломался. Гардулоглот упал на пол вместе в Машей. Сверху на них посыпались замороженные вальдшнепы. Ноги мальчонки, торчащие из пасти зверя, задергались сильнее.

- Пусти его, пусти!- кричала Маша, отчаянно втыкая в голову гардулоглота острую заколку.

                Она продырявила его голову и шею в семи или восьми местах. Из каждой дырки выплескивалась красная кровь с кусочками желтоватого мозга, а в двух местах фонтанировало зеленым. Но зверь оказался живуч. От боли он открыл в себе скрытые резервы, после чего с яростью поднялся на ноги, отшвырнув Машу к дальним стеллажам. Маша упала, больно ушибив бок.

              Гардулоглот загнулся. Его вырвало. Мальчонка вышел наружу вместе с желто-розовыми рвотными массами. Плюхаясь в этой блевотине, он был похож на новорожденного малыша, только в черном фраке.

              Рвота на время обессилила гардулоглота. Он упал на одно колено и стал глубоко вдыхать замороженный воздух склада.

              Маша быстро оправилась, оттащила малыша к дальней стене, вытерла его облеванное лицо и спросила, как он. Малыш улыбнулся измученной улыбкой и молча соединил указательный и большой палец вместе, показывая, что он в порядке.

- Отлично – сказала Маша – Тогда я оставлю тебя и займусь твоим другом, идет?

               Малыш кивнул. Маша встала и двинулась к гадрулоглоту. Она знала, что если его не добить, то он съест других детей.

           Гардулоглот увидел Машу уже перед тем, как она схватила его за клок черных волос на голове. Маша собиралась воткнуть заколку глубоко в глаз, надеясь так умертвить зверя. Гардулоглот же хотел жить. В последний момент он отвернул лицо и выставил вперед руку. Маша проткнула ему ладонь и щеку. Гардулоглот влепил Маше оплеуху и она полетела плашмя в розовую блевотину.

              Пока она скользила в блевотине руками и ногами с гардулоглотом происходили изменениями, связанные со значительными повреждениями организма. Его ноги выгнулись коленями назад. Глаза вылезли из орбит, с лица слезала кожа. Из-под фрака выполз длинный толстый хвост ящера, а руки стали короче и толще. Гардулоглот упал на брюхо, как ящерица и пополз к двери.

- Ты куда?! – крикнула Маша и прыгнула за уползающим зверем.

             Она вцепилась ему в хвост и вцепился крепко. Гардулоглот перебирал лапами все быстрее и быстрее. При такой скорости Маша никак не могла встать на ноги. Она волочилась по полу, как назойливая пиявка.

               Гардулоглот миновал коридор, выполз в шумную суетливую кухню. Кто-то заметил чудовище на полу, раздался крик, затем еще один. И скоро уже кричали отовсюду. Персонал отпрыгивал в стороны с пути гардулоглота. В него кидали тяжелые сковородки, обливали кипятком. Гардулоглот уворачивался, бил хвостом из стороны в стороны. На хвосте гардулоглота висела Маша. Ей приходилась терпеть удары о кухонные столы, о кухонные плиты.

            Кто-то из поваров крикнул:

- Боже, у него на хвосте ребенок! Кто-нибудь вызовите полицию!     

             Гардулоглот, облитый кипятком, с открытыми ранами на черепе, выполз из кухни под крики ужаса. Он ворвался в людный зал ресторана «Хучи-пучи», как кошмар из живого кино. Несколько дам в вечерних платьях попадали в обморок. Мужчины во фраках взяли жен за руки и спрятали их за своими спинами.

          Все были в панике и кричали полицию. Один лишь бородатый киношник улыбался от восхищения.

- Снимать! – велел он своему оператору во фраке – Снимать!

         Родители Маши с другими посетителями ресторана прижались к стене. Они не узнали свою дочку потому, что она была с ног до головы в блевотине, крови и спинномозговой жидкости, причем её лицо скрывалось в слое муки. Зверь же опрокидывал столики и полз к открытому окну. В трех метрах от окна у гардулоглота из боков вырвались кожаные крылья. Маша поползла по хвосту гардулоглота к его туловищу. У самого окна она залезла зверю на спину, вытащила из волос вторую заколку и всадила её глубоко в бок гардулоглота. Тот немного вильнул в сторону от боли, но, не теряя цели, все же вылез в открытое окно и свалился вниз вместе со своим преследователем.

               Кожаные крылья тут же поймали ветер. Маша верхом на раненном звере запарила на высоте в 500 метров.

              Её липкие облеванные волосы взметнулись на ветру. Маша не видела земли. Она была поглощена животным инстинктом охотника. Крепко сжав ноги вдоль туловища гардулоглота, она продолжала наносить удары в бок.

             Зверь терял кровь, а следом и высоту.

             Истерзанное сердце гардулоглота остановилось у самой земли. В небе их было еще двое, но вниз приземлилась только Маша вместе с трупом гардулоглота. Внизу её уже ждали толпы журналистов с камерами и микрофонами. Как только Маша поднялась с трупа зверя, её окружили плотной стеной чужие люди. Красивые женщины из новостных каналов тыкали в неё микрофонами, высокие мужчины направляли на неё камеры с плеч.

            Маша выбрала самую красивую журналистку и разрешила ей задать вопрос.

- Как тебя зовут, девочка? – спросила красивая женщина- журналист.

             Маша улыбнулась, открыла рот, помычала задумавшись и неожиданно обратилась к толпе:

- У кого-нибудь есть газировка?

             Кто-то передал ей только что открытую узкую стеклянную баночку с содовой.

             Маша взяла содовую, как будто это была статуэтка Оскара.

- Вы снимаете? – спросила она красивую журналистку.

            Та кивнула и снова сунула под нос Маши микрофон.

- Ну…- начала Маша, прижимая содовую к груди - Я хотела бы поблагодарить маму и папу…..

         1361795468_momenty-oskara-11



Tags: Ник Трейси, Приключения пузатой Маши
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Время Шьямалана

    Новое творение Шьямалана, который любит выдумывать оригинальные истории-кошмарики. В двух словах группа людей приезжает на отдых на райский остров и…

  • Толмен. Первый демон и Заклятие-3. По воле дьявола

    В прошлый уикенд удалось сходить на два неплохих ужастика. Ну, если с Заклятием было примерно ясно чего ждать, то хочу особо выделить Толмена.…

  • Срок

    Новый английский сериал или лучше сказать трехсерийный трехчасовой фильм про учителя-алкаша , которому за 50 и который сбил на смерть пешехода. И…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments